Архив за месяц: Декабрь 2012

Радикальные веганские комиксы

Добавить комментарий

Оригинал взят в жж у Черных

Маленькое предисловие: За два года, которые сюда ходят луркоебы, строящие картину мира по коллективному разуму таких же дебилов, никто так и не смог понять, что я а) не веган б) не автор этих комиксов. При этом авторы многочисленных анонимусовских комментариев яростно нападают на веганов и высказывают Свое Мнение. Ну чо, продолжайте в том же духе, ребятки, а я понаблюдаю.

Vegan Reich! Vegan Reich!

Потрясающей красоты и силы веганские антирелигиозные комиксы.

По катом — иудеи, католики и кришнаиты.

 

АПД все, кто пришел сюда со Своим Мнением по ссылке из уютненького Луркморья — школота и мудаки.

АПД2 Пиздец, как же меня заебали мудаки, которые лезут сюда с луркморья и думают, что и мнение чего-то стоит — хотя не могут даже понять, что я не веган. Ебаные вы луркоебы, попробуйте поискать еще инфу по теме, прежде чем упражняться в том говне, что вы считаете остроумием. тупые, тупые луркоебы, тысячи их

АПД3 Итак, вот уже два с лишним года в этот пост приходят луркоебы. Регистрируем очередной виток их уебанства — сегодня луркоеб-анонимус пригрозил мне настучать в АТ. Что-то будет дальше?..

апд4 еще один лютейший комикс:

Радикальные веганы

Добавить комментарий

Закадровый перевод читает Любава Малышева (русскоязычный активисткий блог «Бергенский заяц» (Норвегия))

«Двадцать лет назад у меня даже было меховое пальто», рассказывает Юрофски. Но сейчас все по другому — он известный экотеррорист и проповедник веганства.


Как рассказала Любава, по ссылке на ютубе упомянута куча народа которые приняли участие в изготовлении этого ролика: «перевод делала Роза, один парень прикручивал титры другой делал программистские вещи,  и такие переводы и озвучки сделаны на множестве языков. Это огромный проект людей которые просто потрясены деятельностью и смелостью Юрофски».

В этом ролике он рассказывает, почему правильно полностью отказаться от мяса. Выступление выстроено по канонам НЛП и сопровождается показом убиваемых на фермах животных.

Существуют ситуации котогда радикальные веганы позволяют себе переступать закон для защиты прав животных.
Самый резонансный случай в России случился в 2004 году, когда группа неизвестных совершила ряд нападений на биологический факультет МГУ им. М. В. Ломоносова, похитив ряд подопытных животных с кафедры зоологии позвоночных животных и кафедры высшей нервной деятельности. Из лабораторий исчезли, в общей сложности (вероятно, были выпущены на свободу) вороны, большое количество крыс, и пять кроликов. На стенах были нарисованы надписи и логотипы, указывающие на организацию «Фронт освобождения животных», но подозрения также пали на самих студентов или сотрудников биологического факультета (ввиду того, что похитители беспрепятственно проникли на факультет и открыли дверь ключом).
Руководство МГУ пошла на ответные репрессии отчислив первокурсника биофака Романа Белоусова известного своими протестами против опытов. Примечательно, что не существует свидетеств участия Белоусова в акциях прямого действия. Экоактивист был сторонником борьбы за гуманное отношение животных в рамках закона.
Чуть раньше, в феврале 2004 года, из медицинского институте им. Анохина при похожих обстоятельствах выпустили 119 лягушек.
Сотрудники отметили, что в случае, если животных действительно выпустили на свободу, их там также неминуемо ожидает гибель, ввиду неприспособленности к жизни на воле, а в ряде случаев — ввиду особого характера уже проведённых над ними экспериментов, исключающих возможность на дальнейшее самостоятельное функционирование особи без медицинского контроля (такие как вживление электродов, насильственное приучивание к алкоголизму и наркомании, и т. п.).

Активист антифашисткого движения Ринат Султанов находился в тюрьме по сомнительному приговору в причинению тяжелых телесных повреждений неонацисту. Освобожден в марте 2012. Зоозащитники Алексей Сутуга и Андрей Барабанов находятся в СИЗО.

По этой ссылке можно ознакомиться со списком зоозащитников-политзаключенных.

А по этой узнать отношение радикальных зоозащитников к живописи.

Наметилось немецкое переиздание «Запретного искусства»

Добавить комментарий

Verbotene Kunst

Eine Moskauer Ausstellung

Wiktoria Lomasko, Anton Nikolajew
Verbotene Kunst
Eine Moskauer Ausstellung
Gerichtsreportage
176 Seiten, gebunden

150 Abbildungen
Aus dem Russischen und mit einem Nachwort von Sandra Frimmel
Erscheinungsdatum: 09.2012

ISBN: 978-3-88221-984-5
Preis: 19,90 € / 32,90 CHF

Kunst und Politik

Ein realer Gerichtsprozess liegt dieser künstlerischen Bildreportage zugrunde. Die Ausstellung »Verbotene Kunst 2006« zeigte nur durch Gucklöcher Werke, die aus religiösen, politischen oder weltanschaulichen Gründen im Laufe des Jahres in den Galerien und Museen nicht gezeigt wurden, und provozierte derart viele Anzeigen und Klagen, dass die Ausstellungsmacher vor Gericht gestellt wurden. Dieser an Schauprozesse erinnernde Prozess wurde zum Politikum.

Die Künstlerin Wiktoria Lomasko und der Journalist Anton Nikolajew verfolgten und dokumentierten die einzelnen Sitzungen im Gerichtssaal. Sie schildern den Prozess, der sich lange zog und teilweise groteske Züge annahm, mitsamt seinen Umständen. Ein in seiner Art einzigartiger Bericht, ein faszinierendes Spiel mit Engagement und Dokumentarismus, das die Berichterstattung zu einer eigenen, neuen Kunstform erhebt. 

Weitere Informationen
Die Herausgeberin und Übersetzerin Sandra Frimmel über Verbotene Kunst:

Verbotene Kunst. Eine Moskauer Ausstellung ist eine grafische Gerichtsreportage der beiden Künstler Wiktoria Lomasko und Anton Nikolajew. Das Buch berichtet von dem Prozess gegen die Organisatoren der Ausstellung Verbotene Kunst 2006 Andrei Jerofejew und Juri Samodurow, der von der ultrakonservativen Organisation Volkskirche initiiert wurde. Die Materialien für das Buch wurden von den Autoren eigenhändig während des Prozesses zusammengetragen und dokumentieren nicht nur die Ereignisse im Gerichtssaal selbst, sondern auch vor seinen Türen. Alle Zeichnungen stammen von Wiktoria Lomasko.
Während des laufenden Prozesses wurden die Reportagen bereits in den Blogs der Autoren und in verschiedenen Zeitschriften veröffentlicht. Eine dieser Reportagen, „Die Zeugen der Verteidigung holen zum Gegenschlag aus“, wurde für den Kandinsky-Preis 2010 nominiert.

Лоскутов: художники-анархисты разрисовали Новосибирск портретами убитых рабочих

Добавить комментарий

К годовщине расстрела рабочих в казахстанском городе Жанаозене новосибирские художники-анархисты (другие) нарисовали на городских стенах несколько граффити с портретами погибших и подписью «Кровь рабочих Жанаозена не забыта».

Авторы акции напомнили, что 16 декабря 2011 в ходе забастовки нефтяников города Жанаозен полицейские открыли огонь по демонстрации рабочих, сотни человек получили ранения, официально признаны погибшими 15 человек.

Художники-анархисты пишут:

У преступных политических режимов России, Белоруссии, Казахстана и других стран постсоветского пространства не отличаются методы подавления протестов — убийства журналистов и правозащитников, политические репрессии, борьба с инакомыслием и т.д.

В конце августа 2011 эта же группа рисовала в городе похожие трафареты в память о Валентине Герасимовой, сгоревшей в приёмной партии «Единая Россия».

http://kissmybabushka.com/?p=4449

Хактивизм и порно: опыт проведения фестиваля

Добавить комментарий


Хактивизм и порнография: опыт фестиваля короткометражного инди-порно CUM2CUT
Татьяна Баззичелли
Об авторе: Tatiana Bazzichelli, доктор философии, исследователь хакактивизма и сетевой культуры, куратор, изобретательница термина «артивизм», организатор CUM2CUT – независимого фестиваля короткометражного порно. Италия-Германия

Перевод Антон Николаев

Хактивизм – это термин объединивший в единое целое две разные концепции: хакерство (hacking) и активизм. Хакерство в данном случае важна как креативная практика: пренебрежительный к закону, но при этом изобретательный способ использования компьютеров. При таком угле зрения важно обращение к познанию, причем в той части, где важна этика и сотрудничество. Активизм же важен как выражение индивидуального и коллективного действия с целью достижения социальных целей и поддержания освободительной борьбы.
Важно отметить, что хаактивизм означает не только использование технологий, а рассматривается в контексте распространения и свободы использования информации, а также как пространство чистого эксперимента.
Если мы сравним в качестве примера хакерский и активисткий бэкграунды итальянской и испанской андеграундных культур за последние тридцать лет, то увидим, что «хактивистская» культура очень часто связана с радикальным панком а также идеологией самоуправления и автономного производства Do-It-Yourself (DIY).
Многие хакерские и активисткие утопии восьмидесятых и девяностых оформлялись в ходе коллективных экспериментов в сквотах, социальных центрах, а также виртуальных пространствах, например таких как BBS (Bulletin Board systems). Все эти среды естественным образом порождали идеи построения самоорганизуемых и экономически независимых пространств для коммуникации и взаимодействия. [1]
Создание сетей взаимодействия между индивидуальными и коллективными опытами, в которых хакерство свободно переплетается с радикальной политикой, безусловно не ограничивается исключительно креативным использованием компьютеров и технологий. Секс также может эффективно использоваться в качестве рабочего поля хакерских экспериментов и автономистских стратегий панковского DIY.
Если хактивизм – можно рассматривать как прямое действие совершаемое с помощью интернета, то порнография в этой логике – прямое действие в рамках тела (совершаемое вне сети, но могущее туда транслироваться). Некоторые эксперименты европейской квир и активистких культур (речь идет об Италии и Испании) показывают, как трансформируются эти хакерские и DIY позиции от тела к более широкому понятию сексуальности.
Эксперименты с DIY-организацией панк-сцены и хакерскими идеями свободного распространения, открытости, децентрализации, свободного доступа к информации и императива жизненности (hands-on imperative) (Levy, 1984) стали базой для создания нового типа порнографии.[2]

Панк-порно как активистская и художественная стратегия
Порнография демонстрирует как динамика и мощь сексуальности рисуется и увековечивается с помощью тела. Это может служить территорией как радикального так и игрового действия, например перформативные эксперименты, пост-порно сцены а также более поздних явлений квир-культуры.
Нить которая связывает практику и теорию идет от Genesis P. Orridge and Cosey Fanny Tutti к Richard Kern и Lydia Lunch, к Annie Sprinkle, BruceLaBruce, Maria Beatty, Emilie Jouvet и Beatriz Preciado. [3] Эта линия очевидно конфликтует с некоторыми существующими гендерными представлениями.
«Традиционный» феминистский подход, старается не выходить из рамок политической корректности и исходит из некритической презумпции существования гендерной дихотомии. Этот взгляд догматичен и не позволяет рассматривать проблему давления властных структур на личность вне отрыва от мифологизированного подхода, что порно неизбежно содержит в себе эксплуатацию. Любое художественное высказывание с использованием порно неизбежно порождает обвинения в эксплуатации моделей. Очевидна необходимость критического отношения к такому подходу. Нужно перестать относиться к порнографии как к чему-то враждебному, а наоборот к инструменту освобождению доступному самым широким массам.
Пока мы будет продолжать обозначать порнографию как нечто неизбежно сексистское, шовинистское и мачистское, мы будем оставлять этот инструмент во вражеских руках, создавая в нашей среде кривое зеркало иерархических отношений между мужчиной и женщиной. Кроме того такой подход рождает тараканьи полчища нудных банальностей
Stewart Home приводит цитату Cosey Fanny Tutti по этому поводу: “Феминистки любят говорить, что вас используют. Но это не совсем так. Использование – это когда тебя заставляют делать что-то некомфортное. Когда ты – не ты. Когда тебе приказывают: «Сделай это!». [4] Если же ты делаешь что-то по своей воле и в здравом уме – это, очевидно, уже не использование.
Хороший ответ на подобные обвинения — создание порно-панка, а лучше даже панк-порно: Порнография становится экспериментальным полем открытым для всех нас, применительно к динамике кристаллизующейся власти, а так же самоуправлением нашей собственной сексуальностью.
Сознательная роль женщины (и мужчины) в этой логике – персонально внедряться внутрь механизма телесного выражения и производства желания, разрушает их изнутри, противопоставляя им причудливую выразительность повседневной жизни
Эта концепция панк-порно не новое изобретение, ей предшествовала немало актов альтернативного и любительского порно, оно обрело свою форму в нете (блоги, p2p технологии, платформы фото и видео обмена и т.п.) и социальных сетях в середине двухтысячных. Katrien Jacobs писала в 2007 году в введении к ее книге о порнографии в нете (netporn):
«Порно было успешно экспроприировано и по своему интерпретировано альтернативными продюсерами и сексуальными работниками, молодыми, поддерживающими порнографию феминистами, порно-сетями квир, эстетически-технологическим авангардом, p2p трейдерами, радикальной сексуальной культурой а также активистами борющимися за свободу высказывания». [5]
Однако перенося порно в область гуманитарного исследования, и определяя его производителей как субъектов «альтернативного порно» или «пост-порно», другая исследовательница, Florian Cramer отмечает проблематичность этого умозрительного допущения: «Цена таких обобщений – уход от значимых различий. С одной стороны провокативное использование сексуальных сцен часто разрушало маркеры, которые отделяли экспериментальное искусство от коммерческой порнографии: такое происходило с Курбе, Дюшаном, с прозой Батая, куклами Hans Bellmer, венским акционизмом, проектом “Meat Joy” художницы Carolee Schneemann. Однако, парадоксальным образом, часто проходило обратное: вполне традиционные порнографы признавались художниками: Nobuyoshi Araki and Irving Klaw, комиксист Eric Stanton, прославившийся фетишистскими стрипами, режиссеры очевидно использующие секс в коммерческих целях Russ Meyer, Doris Wishman, Jean Rollin (работу последней превозносила Aida Ruilova во время последнего Берлинского биеннале), а также Jess Franco[6].
Анализируя эту логику, приходишь к выводу, что порнография выражает себя через дихотомию, в которой она является зеркалом желания и потребностей двух не связанных друг с другом категорий людей. С одной стороны находятся потребители коммерческой порнографии, с другой стороны ценители альтернативной. При этом существует «серединная зона» этим дуализмом не затронутая к которой очевидно принадлежат люди, которых не особенно увлекает мэйнстрим-порно, но в то же время они не являются ни частью квир-коммьюнити ни потребителями альтернативного порно. Встает вопрос о расширении аудитории.
Неудивительно, что создатели панковского DIY пост-порно как впрочем и организаторы фестивалей нетпорна и квир-сообщества нередко объявляют себя создателями новой эстетики, которая способна сделать порно более доступным. Однако на деле это чаще оказывается артефактом интересным лишь узкой группе людей и каждый раз встает вопрос о возможности сделать порно более доступным, «открытым для всех», а не создавать лишь прецедент для обсуждения частных аспектов порнокультуры интересный лишь специалистам. Другой тоже не особо оптимистичный, зато вполне практичный сценарий: создание небольшой, но пока еще не занятой ниши порнобизнеса.
Одной из сильнейших сторон панк-культуры была концепция искусства для всех, когда слушатель был почти равен исполнителю: любой мог петь или быть поп-звездой. И для этого не нужно производить специальных усилий: нет необходимости становиться частью музыкальной индустрии, по крайней мере первоначальные устремления были именно такие. Это важный императив панк-культуры, которому нам стоит продолжать следовать. И это та самый культурный исток из которого проистекло хактивисткое порно.
Хактивисткое порно можно рассматривать в авангардном ключе: как возможность изобретения «порно будущего», реконструировать его значения выхода за пределы гендерных стереотипов или специфических политических или сексуальных наклонностей. Это может быть смелым вызовом реальности: давайте делать порно каждый день и таким образом жизнь будет принадлежать нам. Мощный шаг в эту сторону уже совершили художники группы Флюксуса в шестидесятые и семидесятые.
В 1972 году Wolf Vostell, один из пионеров видеоарта, хепенингов и участник движения Флюксус, написал на почтовой открытке: «Дюшан назначил предмет искусством, а я назначаю искусством жизнь». В этой логике порнохактивисты должны назначить порно, только не искусством, а самой жизнью. Жизнь искусством уже провозгласил Флюксус.
Сетевое порно: опыт CUM2CUT – независимого фестиваля короткометражного порно
Идея откровенности и DIY были изначальной точкой развития панк-культуры и хакерской этики, а также сетевого искусства например такого как мэйл-арт. Сетевое искусство базировалось на фигуре художника — сетевого работника: создателя платформы для обмена информации и контекста для связи и обмена. Такое искусство не базировалось на объектах, также не ограничивалось цифровым или аналоговым инструментарием. Целью было создание системы отношений и взаимодействий между сетевыми участниками, индивидуумами которые в своем взаимодействии могут создавать другой контекст или делиться информацией
Такие же DIY практики были использованы для описания более поздних феноменов сетевой культуры и хактивизма, от Неоизма и Плагиаризма, начиная с девяностых годов, когда сетевые проекты стали возможны благодаря развитию компьютеров и интернета
Вдохновленный «хактивисткой позицией», которая обращалась к Интернету как к политическому пространству, в которой была возможность децентрализированного, автономного и самого широкого демократического участия, Gaia Novati и я создали экспериментальный фестиваль CUM2CUT: независимый фестиваль короткометражного кино, с помощью которого мы хотели бы сартикулировать хактивисткий и сетевой подход к порнографии.
Выдержки из сайта фестиваля www.cum2cut.net, 2006:
CUM2CUT – независимое порнографическое соревнования, четырехдневный марафон в котором участникам предлагается делать короткие фильмы. Короткие фильмы должны быть порнографическими, однако участникам не обязательно быть актерами или порноэкспертами.
Главная идея CUM2CUT – объединить гетерогенную и интернациональную сеть людей, которые хотят созадавать независимое искусство и свободно выражать свою сексуальность. Таким образом CUM2CUT – это сетевая платформа, в которой люди могут создавать порно без опасности быть маргинализованными
CUM2CUT – это возможность для участников поэкспериментировать со своей сексуальностью и порнографией создавая независимые короткометражные порнофильмы: самые лучшие ролики которые вы могли бы сделать или посмотреть. Экспертное жюри сформировано из людей вовлеченных в порно и квир субкультуры, визуальное искусство а также связанные с экспериментальным кинематографом.
Предлагаются три номинации, победители которых получат призы» [7]
CUM2CUT стартовал в Берлине в октябре 2006 как часть Фестиваля порнографических фильмов в Берлине, недельного события под руководством немецкого режиссера Jürgen Brüning. Для того, чтобы у участников не было возможности обмануть жюри были предложены правила создания фильмов: использование специальный символов, объектов, предложений и звуков. Это исключало проникновение в конкурсную программу фильмов снятых не в течении специально отведенных для этого четырех дней. Также в качестве маркеров предлагались и «жанры»: Superhero XXX, Splatter Porn, Pop Star Porn, Alien Porn, Horror College Porn, Dadaist Porn, Christian Porn, Socialist Porn, 9/11 Porn, и так далее…
В жюри входили такие люди как Joe Gallant, Julia Ostertag, Shu Lea Cheang, Ela Troyano, Tessa Hughes Freeland, Shu Lea Cheang, Francesco ‘Warbear’ Macarone Palmieri и многие другие. Жюри знакомилось с работами непосредственно на премьере, просматривало его вместе с фестивальной публикой и в своих оценках во многом ориентировалось на реакцию зала. В ноябре 2008 фильмы CUM2CUT среди других работ были выставлены на выставке «Porno 2.0» в D21 Art Gallery в Лейпциге, а в 2009 CUM2CUT начал путешествовать по Европе подобно цыганскому табору. Фильмы CUM2CUT были показаны на многих международных фестивалях и конференциях. (полный лист показов и высавок по ссылке http://www.cum2cut.net/en/index.php). В 2009 фестиваль вступил в партнерские отношения с Arse Elektronika Festival и наши фильмы были отобраны для мероприятия Prixxx Arse Elektronika которое прошло в Roxie Theater в Сан-Франциско.
В чем же идея фестиваля CUM2CUT и почему мы связываем его вышеупомянутой идеей хактивисткого порно? Ответ на это можно получить изучив текст презентации CUM2CUT 2007 года, когда было организовано два параллельных порномарафона – один в городе Берлине (порн-соревнование), а другой в нете (прон-соревнование).
«В отличии от мэйнстримного порно, фестиваль CUM2CUT в Берлине фокусируется на активности международного независимого и контркультурного квир-движения и представляет платформу где художники, режиссеры, диджеи, актеры и иные заинтересованные лица могут сотрудничать.
Во многом это произошло благодаря активности представителей квир-контркультуры. Целью движения было развивать и наслаждаться новыми формами подрывной телесной политики в терминах гендерной и сексуальной ориентации.
В этом контексте, квир обозначет выражение сексуальности за пределами границ идентичности и пересечение пределов фиксированных гендеров и стереотипов. В то же время идея квир близко смыкается с DIY культурой панков и хакеров: CUM2CUT хочет поощрить всех, кто хочет выразить себя используя свои тела и медиа с независимой точки зрения, создавая новые экспериментальные языки квир.
Идея заключает в максимальном расширении культурных полей имеющих отношение к порнографии. При этом программа фестиваля должна подрывать мейнстримовскую порнографию, показывая, что навязывается как отклонения на самом деле может быть нормой
Фестиваль CUM2CUT надеется помочь тем, кому уже осточертела мейнстримная порнография, кто фрустирован нормализирующими общественными правилами. В то же время, CUM2CUT демонстрирует возможность критической перспективы в области «личное – это политическое» и отвергает представление о радикальной политике как о чем-то невыносимо серьезном и скучном.
CUM2CUT предлагает экспериментальный концепт в рамках которого предполагается связать телами пространство, по которому порнография распространялось бы как облако пыльцы, эротизирующее Берлин. В этом облаке смешались движущиеся тела, номадические идентичности и любовные игры. В 2010 году CUM2CUT попытался эротизировать сеть, используя прон-соревнование, с использованием файлообменников, ссылок, трюков и пранков, чтобы интернет-технологии стали бы порно-инструментами. Наши тела не единственные интерфейсы для выражения нашей сексуальности и желаний, почему бы не попробовать использовать другие инструменты. Ничто не мешает нам помыслить Интернет как сексуальный субъект!
Фестиваль независимого короткометражного порно открыт для квир, гомо, гетеро, лесби, би, и транс независимых видео и кинорежиссеров, порнографов, перформеров, сценаристов, режиссеров, художественных квир-акивистов, художников, хакеров, мыслителей, людей с открытым сознанием и вообще всех людей которым нравится миксовать тела и технологии. Предлагается развивать идеи с помощью производства кинофильмомв и дальнейшего распространения. Для того чтобы открывались границы не только сексуальности, но свободы творческого выражения, работы предлагается зарегистрировать с помощью Creative Commons.
По аналогии с идеей называть peer-to-peer аббревиатурой P2P мы создали термин C2C (cum to cut). C2C связывает понятия удовольствия и удовлетворения с обменом порнографическими экспериментами.[8]
С тех пор как мы решили выпускать фильмы с использованием технологий Creative Commons, они доступны онлайн по следующим ссылкам:
www.cum2cut.net/en/index.php?sect=movies2007;
www.cum2cut.net/en/index.php?sect=movies2006.
CUM2CUT был не просто попыткой создать новый тип порно, скорее это был коллективный воркшоп, где участники соревнования, участники жюри и мы, порно-нетворкеры, были объединены вместе в коллаборацию.
Конечным результатом была калейдоскопическая коллекция порнофильмов, которые с точки зрения традиционного порно язык не поворачивается называть порнографией.
CUM2CUT была попыткой отнестись к порно как к открытой парадигме, как способу жизни. Городская среда нам ответила созданием сети людей через порнографию, таким образом расширив границы и пределы сексуальности. Это была попытка «открыть» порно для повседневной жизни и для любых индивидуальных интерпретаций и дериваций.
По направлению к хактивистскому порно
По пути к формулированию идеи хактивисткого порно нам понадобились разные взгляды на сексуальность, создание проектов, артефактов, креативных действий, в результате которых порнография стала художественной платформой, автономной и экспериментальной коммуникативной сетью.
Порнография – это инструмент обмена и распространения сексуальным опытом. Порнография, эротизм и сексуальное удовольствие становятся хорошими способами передачи желания, выражения удовольствия женщин и мужчин, или разных форм сексуальности пока еще не изобретенных, но хотящих проявиться, в которых разнообразие и инаковость могут жить вместе.
Для взаимодействия с порнографией вместе с другими идентичностями, которые выходят за рамки стерильных определений и стереотипных гендерных представлений, необходимо «хакнуть» порно изнутри, сделать его новой формой свободного артистического эксперимента. Это хорошая возможность в которой люди могут сознательно выбрать свою роль.
Такой подход к порно, включает в себя целый список сексуальных ориентаций: гетеросексуальная, бисексуальная, гомосексуальная, транссексуальная, все виды порно: indie porn, queer porn, netporn, bear porn, dyke porn, kinky porn, science fiction porn, dada porn – то порно которое вы придумали, но никто еще об этом пока не знает – и вообще все формы, сексуально желания открытые для максимально большого количества людей.
Хактивисткое порно в лучших авангардных традициях пытается помыслить порно будущего, в котором каждый будет иметь право на самовыражение. Это не поможет нам избежать конфликтов, но должно показать нам возможность персонального видения порно оформленного полифоническим желанием.
2010

http://www.tatianabazzichelli.com/PDF_files/Bazzichelli_Hacktivist_Pornography.pdf

[1] Для того чтобы изучить более полную историю андеграундных сообществ предлагаю ознакомиться с моей книгой. Networking. The Net as Artwork, Aarhus, DK, Digital Aesthetics Research Centre, 2009. Online at: www.networkingart.eu/english.html. Некоторые размышления которые воспоизведены в этом тексте – это развитие тезисов высказанных в последней главе книги («Экстра Гендер», переведенной с итальянского на английский Марией Анной Каламия).
[2] Некоторые примеры подобной стратегии в итальянском андеграунде за последние десять лет: кибер-панк-трансгендер Хелена Велена (www.helenavelena.com); активность женской и гендерной лаборатории Sexyshock в Болонье (www.ecn.org/sexyshock / www.bettybooks.com); квир-пати Phag-Off и то что за ней последовало (www.myspace.com/warbear); Tekfestival (www.tekfestival.it); the Pornflakes collective (www.pornflakes.org); Carni Scelte (www.myspace.com/carniscelte); Vida Loca Records (www.myspace.com/vidalocarecords); а также эксперименты в Берлине которые следовали за итальянскими событиями: Poopsyclub (http://www.myspace.com/poopsyclub) и Sabot Age (http://www.sabotage-berlin.com), в Испании: Girlswholikeporno (http://girlswholikeporno.com); Ex-dones (www.exdones.blogspot.com); Post Op (http://postporno.blogspot.com); GoFist Foundation (http://gofistfoundation.pimienta.org); Diana Pornoterrorista (http://pornoterrorismo.blogspot.com); La Quimera Rosa (http://laquimerarosa.blogspot.com).
[3] Для того, чтобы узнать больше о вышеперечисленных практиках и теориях, ознакомьтесь со списком книг и эссе предложенных в библиографии к этой статье.
[4] Stewart Home: Confusion Incorporated. A Collection of Lies, Hoaxes & Hidden Thruths. Hove, UK: Codex Books, 1999, p.70.
[5] Katrien Jacobs: Netporn. DIY web culture and sexual politics. Lanham, Maryland, USA: Rowman & Littlefield Publishers, 2007, p.3.
[6] Florian Cramer: Sodom Blogging: Alternative Porn and Aesthetic Sensibility. In the C’lick Me Reader, Amsterdam, 2007, which can be downloaded at: http://www.networkcultures.org/clickme/pdf/clickmeReader_9MB.pdf.
[7] CUM2CUT: Indie-Porn Short Film Festival, 2006, http://www.cum2cut.net/06/index.html.
[8]CUM2CUT: Indie-Porn Short Film Festival, 2007, http://www.cum2cut.net/en/index.php?sect=background.
Bibliography:
Beatriz Preciado: Kontrasexuelles Manifest, Berlin, Germany, b_books, 2003.
Florian Cramer: Sodom Blogging: Alternative Porn and Aesthetic Sensibility. In
the C’lick Me Reader, Amsterdam, 2007.
Katrien Jacobs: Free Passwords: The Bumpy Guide to Porn Sharing, in Neural
Magazine, Bari, Italy, 2009. Online at: www.libidot.org/neural/passwords.htm.
Katrien Jacobs: Netporn. DIY Web Culture and Sexual Politics. Lanham,
Maryland, USA: Rowman & Littlefield Publishers, 2007
Stewart Home: Confusion Incorporated. A Collection of Lies, Hoaxes & Hidden
Truths. Hove, UK: Codex Books, 1999.
Tatiana Bazzichrelli: Networking. The Net as Artwork, Aarhus, DK, Digital
Aesthetics Research Centre, 2009. Online at: http://networkingart.eu/the-book.
Tim Stüttgen (Ed.): PostPornPolitics: Queer Feminist Perspectives on the Politics
of Porn Performance and Sex Work as Cultural Production, symposium reader,
Berlin: b_books, 2009.
License:
GNU Free Documentation License. Version 1.3, 3 November 2008
Copyright (C) 2010, Tatiana Bazzichelli.
Permission is granted to copy, distribute and/or modify this document under the terms of the
GNU Free Documentation License, Version 1.3 or any later version published by the Free Software
Foundation. A copy of the license is included in the section entitled «GNU Free Documentation
License»: www.gnu.org/licenses.

Free Pussy Riot по-удмуртски и Пригов на помойке

Добавить комментарий

1) Free Pussy Riot по-удмуртски

2) Почетный удмурт Д.А. Пригов

Евгений Бикузин «Д.А. Пригов» из серии «Почетные удмурты»

Граффити с изображением классика концептуализма Дмитрия Александровича Пригова можно увидеть на помойках Ижевска, столицы Удмуртии. Это часть проекта «Почетный удмурт». Каждый год по инициативе Энвиля Касимова вручается премия почетного удмурта. Ее уже получили Юрий Гагарин, Дмитрий Пригов, Артемий Троицкий, Альберт Эйнштейн, Сергей Курехин, Казимир Малевич, Эмир Кустурица, Стив Джобс. Некоторые посмертно. Художник Евгений Бикузин обыгрывает эту тему, размещая в городском пространстве граффити почетных удмуртов, чтобы население поближе узнавало своих героев. Граффити с изображением Дмитрия Пригова наприер оттащили на помойку, т.к. социальная роль современного художника близка к традиционному образу юродивого, который в наше малодуховное время вряд ли был бы понят и вынужден был бы кормиться на помойках.

Евгений Бикузин — удмуртский художник, родился 22 сентября 1991 года в деревне Азаматово Алнашского района Удмуртской Республики. Мама – учитель русского языка и литературы, папа – водитель молоковоза в колхозе «Решительный».
Сейчас студент 5 курса факультета ИЗО Института Искусств и Дизайна УдГУ в г.Ижевске. Посещал лекции Антона Николаева в Ижевске.

Премия «Российское активистское искусство – 2012»

Добавить комментарий

В рамках Ассамблеи «Медиаудара» в московском Зверевском центре современного искусства прошел вечер Альтернативной премии «Российское активистское искусство – 2012». О том, что это за премия и как проходил отбор работ, ставших лауреатами, Радио Свобода рассказал председатель жюри Альтернативной премии социолог и культуролог Алек Д. Эпштейн. Там же подробно описано кто получил какое место, каков был состав жюри и по какому принципу происходил отбор работ.
Во время вручения премии в Зверевском проходила выставка замечательной Клары Голицыной.

……
на фото:
1) На премию слетелся практически весь цвет современного отечественного искусства.
2) Алек Д. Эпштейн представляет лауреатов.
3) Поэт Александр Дельфинов, художник Екатерина Самуцевич, модератор Татьяна Волкова

С репортажем Максиллы Кузнецова с вручения премии можно ознакомиться по ссылке.

«Produkty» Grocery Store. Modern-Day Slavery in Russia. Seventh Report.

Добавить комментарий

This is Leila’s 6-year-old son, Bakhyt. His older sister, also born into slavery, was smuggled to Kazakhstan by Zhansulu Istambekova, who then told Leila that the girl had been “trampled to death by a cow.”

Bakhyt was left at the “Produkty” grocery store to serve as a human plaything to his mistress’s son, a boy of the same age. Whenever that boy was starting to show signs of boredom, it was the signal for Bakhyt to set to work packaging, hauling heavy food containers, or giving his mistress a massage. If Bakhyt was not “doing his job properly,” Zhansulu and her associate Beka would slam his head into an iron safe or a nearby wall. Although Bakhyt saw Leila every day, they were not allowed to speak to each other.

Now, Bakhyt wants to spend the whole day watching cartoons. His mother says that he sometimes gets in a playful mood, laughing or even fooling around like a normal child.


«Zhansulu treated us like animals for breeding more slaves.»

In 2011, Leila married Seilkhan. He had come to Moscow looking for work, and he met Leila while working for one of Zhansulu Istambekova’s relatives. Noting Seilkhan’s interest in Leila, Zhansulu offered him a job as a truck driver and told him that he could share the basement with Leila and the rest of the slaves. He accepted. But unlike the slaves, Seilkhan was entitled to a monthly salary and no one dared to force him to do unpaid labor or harm him physically because the nature of his work provided him with ample opportunity for escape.

Zhansulu’s plan for Leila and Seilkhan was for them to work at the store until old age (or death), and for their children to grow up into obedient slaves. However, Leila refused even to think of devising a means of escape. She was too afraid for her son Bakhyt and she loved him too much to ever leave him.


«To Zhansulu, money is everything.»

Leila said that Zhansulu came from a poor family and started off as a brothel keeper in Kazakhstan. The only person who knew everything about Zhansulu’s past was a woman named Saltanat, a distant relative of Zhansulu’s husband. Leaving her children Amir and Asel at the grocery store, Saltanat managed to make her escape after 17 years in servitude, just before activists came to the slaves’ rescue. She had promised to save everyone—or at least find a way to communicate—but that never materialized. The ex-slaves suspect that Zhansulu’s henchmen might have captured and killed Saltanat for knowing too much. That, and because in their eyes, she had simply lost her value: Her hair was falling out in clumps, and her legs, bruised and swollen from savage beatings, were covered with unsightly bumps that oozed blood. («At first we thought she was wearing purple tights.»)

Saltanat’s 14-year old daughter Asel is illiterate. As a second-generation slave, Asel had absolutely no idea what it meant to be free, without a mistress. She was an example of a “true slave”—one of the congenitally docile and broken creatures that Zhansulu had intended to “breed” for herself, for her sons, and perhaps even for her grand- and great-grandchildren.

Russian and Kazakh police are doing everything possible to prevent a formal investigation. I shudder at the thought of our grandchildren ever being allowed to be slaves to the pro-Putin elite. Without money and connections, to get someone out of slavery is extremely difficult, but to get the government to prosecute a slaver—virtually impossible.

Dear journalists, this story needs your attention, so please help us spread the word. The ex-slaves are still in danger of being recaptured. Dear social artists, you too are welcome to join in. We could team up for exhibitions and other projects.

Author: Victoria Lomasko
Translation: Valentine Sergeyev

First report
Second report
Third report
Fourth report
Fifth report
Sixth report
Seventh report

All seven reports in Russian

Открытая ассамблея фестиваля МедиаУдар

Добавить комментарий

Приглашаем вас принять участие
в открытой ассамблее рабочей группы
Второго международного фестиваля активистского искусства МедиаУдар

4 декабря 17.00- 21.30

Фестиваль готовится в новом формате — мероприятия будут происходить в течение всего 2013 года, не только в Москве, но и в Новосибирске, Мурманске, Санкт-Петербурге; фестиваль формируется по принципу самоорганизации рабочей группы художников и активистов при модерации проекта ЖИР . Фестиваль будет включать в себя арт резиденции, презентации и воркшопы, ассамблеи и совместные акции.

В программе ассамблеи 4 декабря:17.00 — встреча рабочей группы секции Наркофобия, направленной на
публичную артикуляцию проблем, связанных с системой наркополитики в России.

18.45- 19.30 — вручение альтернативной премии «Российское активистское искусство – 2012» http://ru-art-free.livejournal.com/111495.html

19.30 — встреча рабочей группы по разработке концепции и функционала сайта фестиваля МедиаУдар, задуманного как открытый портал
активистского искусства

Участники ассамблеи:
Леонид Арх, Александр Бидин, Олег Васильев, Татьяна Волкова, Александр Дельфинов, Алексей Иорш, Мария Калинина, Мария Киселева, Виктория Ломаско, Артем Лоскутов, Денис Мустафин, Антон Make, Павел Митенко, Антон Николаев, Аня Саранг, Илья Фальковский, Влад Чиженков, Игорь Чубаров, Алек Эпштейн и др.

Зверевский центр современного искусства
Москва, ул. Новорязанская, 29, стр. 4 +7 (499) 265-61-66