Молодежный фестиваль независимого искусства «Пошел! Куда пошел?», намечающийся на июль, затеян в не до конца проговариваемой, но вполне очевидной полемике с проходящим одновременно официальным международное биеннале молодого искусства «Стой! Кто идет?» (вплоть до иронического переворачивания одним фестивалем логотипа другого). Если проходящее на Винзаводе, Фабрике и прочих главных московских арт-площадках «Стой! Кто идет?» ориентировано на выявление трендов, рекрутирование молодых успешных авторов, формирование более эффективной среды для развития и продвижения молодого искусства, то его конкуренты «Пошел! Куда пошел?» нарочито отказываются от поиска популярного или способного таковым стать. Его цель – напротив, в поиске методов, эффективно работающих, активно сопротивляющихся – в частности, рынку, но также и отработанным, заезженным схемам создания и бытования современного искусства. Логичным образом, участники фестиваля отказываются и от привычных площадок. Они выходят на улицу, заставляют своим искусством переходы, дворики и стоянки автобусов, завешивают деревья. Естественно – нелегально. Самое пока заметное действо участников «Пошел! Куда пошел?» представляло собой выставку во взломанном полузаброшенном конустркутивистком доме Наркомфина. Как кажется, перформансы участников «Пошел! Куда пошел?» и близких к ним художников пытаются бороться с ситуацией, когда социальная критика из содержания актуального искусства становится скорее его жанровым условием, и тем самым совершенно перестает работать – разве что напоминает общие места недовольства своим же, близким к арт-миру людям. При этом акционизм такого рода приятнее, чем, скажем, у известной группы «Война» в той же степени в какой показывание языка симпатичнее, чем прилюдное расстегивание ширинки. И, несмотря на выразительность последнего действия, первое при продуманном использовании может стать гораздо более эффективным критическим инструментом.
АНОНС В УИКЕНД
автор: Игорь Гулин
фото: Антон Николаев; компьютерная графика: Алексей Корси
